joomlahttp://modniyportal.ru/

 

Краснодарский краевой художественный музей им. Ф.А. Коваленко в историческом контексте начала XX века

5

 

Солодовников Юрий Алексеевич,
кандидат педагогических наук, старший научный сотрудник

 

Аннотация. Статья посвящена истории Краснодарского краевого художественного музея имени Фёдора Акимовича Коваленко в начале XX века (1904 -1934 гг.).

Дается характеристика личности её основателя Ф.А. Коваленко и его коллекции. Рассматривается судьба галереи в первые годы советской власти, её переход в государственную собственность, а также деятельность Ромуальда Казимировича Войцика в новых исторических условиях. Резкое изменение идеологической политики в области искусства и начало репрессий.

Ключевые слова: художественный музей; Октябрьская революция; советская власть; новая идеология искусства.

Хронологической точкой отсчёта «бытия» Краснодарского художественного музея считается 11 сентября 1904 года. Именно в этот день в присутствии Городского головы и прочих именитых гостей Фёдор Акимович Коваленко, купеческий приказчик по должности и любитель искусства по призванию, отметил передачу своей живописной коллекции в дар родному городу, именуемого в те годы Екатеринодаром. Провинциальный посёлок, основанный запорожскими казаками по благосклонному повелению императрицы Екатерины Великой, к началу XX века превратился в благоустроенный центр Кубанского казачества, парадный облик которого формировали каменные двухэтажные строения в модном тогда стиле «модерн», находившиеся на улице Красной. Там же была проложена «железная дорога» по которой бегала трамвайная конка.
1
Культурная жизнь Екатеринодара начала XX века по провинциальным меркам была достаточно интенсивна. О концертах преподавателей музыкального училища, выпускников Московской и Петербургской консерваторий, публиковала свои заметки Русская музыкальная газета. В стенах Зимнего театра пели Ф.И. Шаляпин и Л.В. Собинов. Случались и передвижные выставки, на которых молодой Ф.А. Коваленко впервые познакомился с русским демократическим искусством. Пример Павла Михайловича Третьякова всегда был перед глазами, и мысль о собственной коллекции стала делом всей жизни.

Однако, продуманной системы собирательства у Ф.А. Коваленко не было. Сначала он покупал небольшие работы в художественных магазинах А.И. Тренти и Р.Д. Ауэра (Санкт-Петербург). Затем добавил в свою коллекцию копии двух картин Рафаэля, выполненные флорентийским художником Джузеппе Паррини. После открытия галереи большую помощь в пополнении коллекции оказывала Петербургская Академия художеств, в 1905 году передавшая в дар 13 резцовых гравюр, среди которых были оттиски с оригиналов Н.И. Уткина, братьев И.Ф. и А.Ф. Зубовых. В 1910 году к подаренным гравюрам Академия добавила 9 живописных произведений. Жанровые полотна Р.Ф. Френца «На постоялом дворе» и Н.К. Пимоненко «Сваты» вошли в постоянную экспозицию. Поддерживали галерею и мэтры. Присылал свои книги, снабжая их трогательными автографами, И.Е. Репин, а профессор Московского училища живописи, ваяния и зодчества В.Д. Поленов передал в собственность галереи «Палестинский пейзаж» и этюд «Голова Христа», сделанные им в период работы над евангельской серией.

Казалось, что социальные потрясения начала XX века на благополучную жизнь провинциального Екатеринодара не оказывали никакого влияния. Галерея Ф.А. Коваленко из здания Городской управы переехала в недавно отстроенный особняк инженера путей сообщения князя Батырбека Шарданова.

2

Два раза в год при галерее устраивались «Периодические выставки» с участием выпускников Академии Художеств. На базе рисовального кружка по инициативе Ф.А. Коваленко и при активной поддержке И.Е. Репина в 1911 году было открыто художественное училище, первым директором которого стал его ученик Пётр Степанович Краснов.

Однако мирное течение жизни было грубо и безжалостно нарушено. Разразилась первая мировая война. Участие в ней «царской» России стало предвестником гибели монархической формы правления. Февральская и Октябрьская революции, гражданская война в смутные 1917-1918 годы, по выражению А.И. Солженицына, «красным колесом» прошлись по судьбам населявших её граждан.

Установление советской власти на юге России шло тяжело. Чтобы спасти свою галерею от хаоса и разорения Ф.А. Коваленко предпринимал поистине героические усилия. Известно, что в марте 1918 года он составил опись испорченных и похищенных экспонатов, в апреле того же года имел на руках «охранное» удостоверение исполнительного комитета Екатеринодарского Совета рабочих, военных и крестьянских депутатов. 2 августа 1918 года ЦИК Северо-Кавказской советской республики выдал мандат, признавший картинную галерею Ф.А. Коваленко «народным достоянием». (1.ГАКК. ф. 796.оп. 1. д.5. л.233). В эти смутные годы облик исхудавшего, но полного собственного достоинства Ф.А. Коваленко запечатлел постоянный участник его выставок художник Николай Васильевич Харитонов, пережидавший революционные события в Новороссийске, откуда в 1920 году эмигрировал в Соединённые штаты Америки.

3

Неожиданная смерть Ф.А. Коваленко 9 февраля 1919 года, последовавшая от разразившейся эпидемии тифа, в истории Екатеринодарской картинной галереи начала XX века поставила своеобразную точку. Исполнять обязанности заведующего галереей был назначен Яков Васильевич Жарко, кубанский литератор украинского происхождения.

Годы окончания Гражданской войны и окончательного установления советской власти на Кубани были своеобразным «перестроечным» периодом. Наполненным самыми разнообразными событиями оказался 1920 год. Город Еатеринодар был переименован в Краснодар. Открылся Педагогический институт, первым директором которого стал крымский исследователь генерал Никандр Александрович Маркс, вызволенный из белогвардейского плена поэтом Максимилианом Волошиным. Самуил Яковлевич Маршак вместе с Е.И. Дмитриевой и Б.А. Леманом начали работу по организации театра для детей. (В 1921 году работа была прервана. по распоряжению А.В. Луначарского все трое были вызваны в Москву. См.: И.Куценко. С.Я. Маршак в Краснодаре. 1918-1922. Издательство «Алтея». Майкоп, 1987, 880 с.) Галерея Ф.А. Коваленко была национализирована и уже в новом качестве стала частью Кубано-Черноморского областного музея. К счастью этот реорганизационный опыт оказался недолгим. В 1924 году над парадным входом особняка Б. Шарданова, откуда коллекция Ф.А, Коваленко даже не вывозилась, появилась новая вывеска: «Кубанский художественный музей», которому было присвоено имя тогдашнего Наркома просвещения Анатолия Васильевича Луначарского. В этот музей в 1924 году и пришёл работать его новый заведующий Ромуальд Казимирович Войцик. Последние годы жизни Я.В. Жарко оказались трагическими. Он продолжал работать в музее в качестве научного сотрудника, но его литературные труды не издавались. Украинская направленность его поэзии дала повод для обвинения в связах с заграницей, за что ему пришлось отсидеть в местной тюрьме. Его сына Василия «отправили» на строительство Беломоро-Балтийского канала, а, собранный в течение всей жизни, громадный научный архив был безжалостно расформирован и уничтожен. Он умер 25 мая 1933 года. «Следственное дело», заведённое на него в 1930 году, в 1955 году было уничтожено «как не представляющее исторической ценности» (Справка МБР по Краснодарскому краю от 5.01.93 № 1/6-П-22214).
4
Назначение Ромуальда Казимировича Войцика в качестве заведующего Кубанским художественным музеем имени А.В. Луначарского было не случайным. Получив блестящее образование на историко-филологическом факультете Московского университета, он волею судьбы с 1915 года оказался в Екатеринодаре, пережив в нём все социальные перипетии начала XX века. Перейдя из реального училища, в котором он начинал свою педагогическую карьеру, в только что открывшийся Педагогический институт, он возглавил кафедру литературоведения, совмещая чтение основных лекций с лекциями по истории искусств.

Оценив коллекцию Ф.А. Коваленко как «собрание случайных вещей», Р.К. Войцик начал свою деятельность с реорганизации музея в соответствии с принципами «научного музееведения». В связи с этим он принимается за разработку новых экспозиционных планов, консультируясь по этому вопросу с целым рядом лиц, «причастных к художественной деятельности» (Отчёт о деятельности Кубанского художественного музея им. А.В. Луначарского. Краснодар. 1925 год. Архив КХМ. Док. № 14) Наряду с этим Р.К. Войцик считал необходимым пополнение и обновление музейного собрания. Его усилия в этом направлении увенчались успехом. Встречи и личные контакты с сотрудниками Главмузея Н.Е. Машковцевым и А.М. Эфрос, заведующим Цветковской Государственной Галереей А.В. Бакушинским, научным сотрудником Музея Живописной Культуры В.П. Вильямс и другими позволили отобрать первоклассные произведения таких мастеров как В.Л. Боровиковский, И.Н. Крамской. В.А. Серов и составить одну из лучших коллекций художественных произведений на Северном Кавказе. В одной из своих статей он специально подчеркнул «такое исключительное для провинциальных музеев событие как передача Кубанскому Художественному музею коллекции картин из собрания Эрмитажа, в которую вошли характерные образцы европейских школ живописи с XV по XIX век» (Здесь и далее кавычками обозначены цитаты из статей, опубликованных в газете «Красное знамя» в 1924-1925 гг. См. список литературы).

Много времени и сил уделял Р.К. Войцик изучению, пропаганде и собиранию произведений так называемых «левых течений в живописи». Выставку московской художницы-конструктивистки Л.С. Поповой, прошедшей в Краснодаре в июне 1928 года, он оценил как «крупное художественное явление».

Однако в начале 30-х годов в публикациях местной прессы стали появляться тревожные симптомы. Сначала появилась заметка об обследовании руководящих кадров и научных работников, в которой сообщалось, что целью обследования было «выявить, в какой степени нынешний состав работников обеспечивает проведение линии партии и советской власти». Потом в адрес музея посыпались критические выпады. Обозреватель культуры Кубани в одной из статей подчеркнул, что музею необходимо уделять внимание не «художникам-эстетам», а «художникам-общественникам». Наконец появились публикации уже ясно обозначившие прямое наступление на Художественный музей. В статье «Живописная неряшливость» газета «Красное Знамя» поместила почти директивное указание: «Музей должен пересмотреть свои оценки, и вместо формально-эстетических дать определения, вскрывающие любое художественное направление социологическим методом» («Красное знамя». 10. VII. 1929). Не учитывать эти изменения было нельзя. И хотя Р.К. Войцик был весьма осмотрителен и писал вполне благонадёжные статьи, 11 октября 1933 года он был арестован.

Однако он был арестован не за склонность к «авангарду» или методологические ошибки в деятельности музея. В нём хотели видеть «политического врага» и поэтому в постановлении об аресте предъявили обвинение в участии «антисоветских группировок». Под давлением следствия Р.К. Войцик признавался в том, что активно выступал против советской власти, создавал нелегальные кружки и составлял контрреволюционные планы. Усталый и подавленный человек, сферой интересов которого было искусство, в конце следствия выглядел одним из влиятельнейших руководителей краевого филиала контрреволюционной организации «Российская национальная партия», в которой была детально проработана политическая программа, создана разветвлённая структура, налажены широкие связи с заграницей, имелись планы осуществления диверсионных и террористических актов. Как и следовало ожидать, Р.К. Войцик во всех предъявленных обвинениях по статье 58/10-11 Уголовного кодекса «признал себя полностью виновным». 4 апреля 1934 года он был направлен в исправительно-трудовой лагерь Сиблага НКВД в город Маринск, откуда и был освобожден 2 августа 1936 года «за отбытием срока» (Архив Управления ФСК РФ по Краснодарскому краю. П-47177. т. 1-2).

После освобождения Р.К. Войцик около года прожил в Краснодаре, но до начала Великой Отечественной войны уехал в Среднюю Азию, где в течение ряда лет работал в высших учебных заведениях, Алма-Ата, Кзыл-Орда, Самарканда. После окончания Великой Отечественной войны он начал хлопотать о снятии судимости, в которой ему было отказано. Последние годы жизни он провел в Симферополе, где 22 ноября 1958 года умер от паралича сердца в возрасте 70 лет (Гос. Архив г. Симферополя. Ф.68. .58.35).

Лишь через тридцать лет после его смерти 16 января 1989 года Президиум Верховного Совета СССР принял Указ «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40 и начало 50 годов». На основании этого постановления 3 июля 1999 года дело профессора Р.К. Войцика было окончательно закрыто за недоказанностью преступления.

Литература:
1. Памяти Фёдора Акимовича Коваленко. Сборник сообщений. //Коваленковские чтения. Вып. 1. Краснодар, 1994.
2. Фёдор Акимович Коваленко. К 140-летию со дня рождения //. Сборник статей. (Портрет музея в лицах и судьбах) Краснодар. 2006.
3. Солодовников Ю.А. «Дело» профессора Р.К. Войцика. Опыт реконструкции биографии. // Страницы истории. // Коваленковские чтения. Выпуск 3. Краснодар. 1996. // С. 19-36.
4. Солодовников Ю.А. Новые материалы к биографии Р.К. Войцика. // Художественный музей в контексте истории // Коваленковские чтения. Выпуск 6 . Краснодар. 1999. // С. 74-88.
5. Солодовников Ю.А. «Дело» профессора Войцика. // Портрет музея в лицах и судьбах. Краснодар. 2009.
6. Чумаченко В.К. Украинские страницы в истории Краснодарского художественного музея // Художественный музей в контексте истории // Коваленковские чтения. Выпуск 6 . Краснодар. 1999. // С. 49-73.

 

Присоединяйтесь к нам!

vktwitterfacebookinstagr